Что делать, если у вашего ребёнка повреждение мозга

В этой уникальной по своей важности книге Глен Доман - первопроходец в области лечения детей с повреждениями мозга - несет надежду тысячам детей, многим из которых не сможет помочь никакая операция, от которых отказались навсегда и которые обречены на борьбу за выживание в таком страшном и подчас опасном мире.

Он объясняет, почему старые теории и методики терпели неудачи, разъясняет философию и методы революционного подхода к лечению именно мозга вместо бесполезного воздействия на тело, рассказывает об исследованиях своих сотрудников, об их прорывах и неудачах, об их неустанных попытках улучшить методы лечения повреждений мозга у детей. Он раскрывает свои спасительные методики и инструменты для их измерения - и, в конце концов, их совершенствования - а именно подвижность, речь, мануальное, зрительное, слуховое и тактильное развитие, включая уникальные методы копирования, использования масок и создания мотивации, для использования в рамках индивидуализированной домашней программы институтов, в которой родители и любовь - незаменимые ингредиенты. И все это направлено на то, чтобы ребенок с повреждением мозга однажды присоединился к своим сверстникам, избежав участи быть заключенным специальных учреждений.

Эта книга - драгоценный подарок для тысяч детей с повреждениями мозга, которых несет опасное течение в море невежества и непонимания, для осажденных родителей, которые отчаянно ищут пути выхода и отказываются сдаваться или уступать, для профессиональных медиков, которые могут найти на ее страницах вполне научно и разумно обоснованные ответы на сложную и запутанную клиническую проблему.

Это не медицинский текст в классическом понимании, и он не был освящен на алтаре "перспективного, узкоспециализированного, строго контролируемого клинического исследования". Но, подобно всем оригинальным научным открытиям, он раскрывает фундаментальные, на первый взгляд, слишком простые истины, которые находились в тени доминирующей догмы и отвергались ею.

Глен Доман и его команда опередили на несколько десятилетий открытия современной нейрофизиологии: что человеческий мозг имеет замечательные способности для самовосстановления (нейропластичность) и регенерации (нейрогенез), что мозг легко доступен и поддается изменению с помощью интенсивной сенсорной стимуляции, что разносторонние симптомы повреждения мозга - это всего лишь симптомы и что лечение должно быть направлено на их причину, на поврежденный мозг непосредственно.

Глен Доман смотрит на обычное и видит глубокий смысл. Он смотрит на пол и видит не пол, а полигон возможностей для развивающегося младенца. Он смотрит на человеческую подвижность и видит не только способ передвижения, но и ключ к разгадке запутанности патологического процесса. Он ставит под вопрос очевидное: "Что является нормальным?" - и провокационно спрашивает: "У кого же нет повреждения мозга?" Он извлекает научные истины из наблюдений и проницательности и, не удовлетворившись одними лишь теоретическими объяснениями, оформляет их в конкретное практическое руководство для родителей.

Сегодняшний день детей с повреждениями мозга

Периодически около ста человек прибывают в Институты достижения человеческого потенциала в Филадельфии сроком на одну неделю.

У них нет ничего общего за исключением того, что все они - родители детей с повреждениями мозга. Этих матерей и отцов объединяет одно: они отказываются верить, что их больному ребенку нельзя помочь.

Если это типичная группа, то семьи съезжаются из всех уголков Америки, а также из Европы, Африки, Азии, Австралии или Ближнего Востока. Короче говоря, со всех концов света. Возраст детей - от одного до девятнадцати лет. В группе может быть один молодой или уже взрослый человек. Некоторые будут настолько парализованы, что будут едва дышать. Некоторые будут иметь такие мягкие повреждения, что с первого взгляда покажутся вполне здоровыми. Некоторые из детей будут парализованы с головы до кончиков пальцев ног. Некоторые будут слепыми, как летучие мыши. Некоторые будут совершенно глухими. Некоторые будут страдать от сильных возвращающихся судорог. Некоторые будут неспособны говорить или даже издавать звуки. У других будут все эти проблемы одновременно.

Они приезжают с установленными им показателями интеллекта (IQ), равными 90, 80, 70, 60, 50, 40, 30, 20, 10 или 0. Большинство из них имеют, как им сказали, неизмеряемый показатель интеллекта. Они приходят с такими диагнозами, как травма мозга, умственная отсталость, умственная дефективность, ДЦП, синдром Дауна, снастика, эмоциональная неуравновешенность, вялость, эпилепсия, тетрапарез, аутизм, психоз, односторонний парез, ригидность и т.д.

Почти у каждого из них на основе длинной и сложной экспертизы мы выявляем повреждение мозга, имея в виду, что их проблемы не в слабых руках или ногах, или не в неразвитой мускулатуре, или не в плохо сформированных органах речи, или не в дефектах глаз, как посчитало бы большинство окружающих. Вместо этого мы делаем заключение, что его проблемы произошли в пределах мозга по причине некоторого несчастного случая, случившегося до, во время или после рождения, что повлияло на способность мозга принимать информацию или на его способность отвечать на нее.

Конечно, если проблема происходит в условиях, которые можно устранить с помощью хирургии, например гидроцефалия, мы рекомендуем хирургическое вмешательство. Однако, оперируемые случаи обычно диагностируются и лечатся прежде, чем ребенок попадает к нам.

В типичной группе приблизительно пятнадцать процентов вернутся домой и не будут делать ничего по программе, но будут видеть своих детей совсем в ином, лучшем свете и, в результате, дадут своим детям новые возможности для развития.

Пятьдесят процентов типичной группы вернутся домой, проведут диагностику своих детей, создадут программу для них и будут выполнять ее с различными степенями частоты, интенсивности и продолжительности, соответственно, с соразмерными результатами.

Оставшиеся тридцать пять процентов, наиболее определившаяся группа, обратятся и будут приняты на аспирантскую программу, с целью в дальнейшем быть принятыми на интенсивную программу лечения.

Именно для таких родителей эта неделя построена так, чтобы мы могли обучить их принципам роста и развития мозга максимально возможно и тому, как лучше спроектировать программу, чтобы увеличить рост и развитие мозга. По окончании недели эти семьи создают такую программу и выполняют ее с намерением поступить на интенсивную программу лечения в будущем. Настраиваясь на потребности таких семей в течение этой недели, мы лучшим образом отвечаем интересам всех семей, прибывших на учебу.

Мы действуем так, как если бы каждая семья собиралась включиться в интенсивную программу лечения, потому, что все они получат при этом максимум того, что можно получить, и ничего не потеряют при этом. Некоторые из детей будут на интенсивной программе лечения в течение года. Некоторые дети будут на этой программе в течение пяти лет. Некоторые будут на этой программе еще дольше. Некоторые из родителей исчерпают свою энергию и сдадутся. Но большинство не будут сдаваться. Некоторые не сдадутся никогда, даже если они и проиграют.

Подавляющее большинство детей добьются большего успеха, чем их родители смели надеяться, основываясь на предшествующем опыте с общепринятыми методами. Других постигнет разочарование.

Иногда тяжелобольной ребенок достигает большего и быстрее, чем другой ребенок, чьи проблемы казались гораздо менее серьезными. Некоторые дети, которые были полностью слепы, придут к чтению - не пальцами, а глазами, как все. Некоторые останутся слепыми. Некоторые дети, которые были полностью парализованы, закончат ходьбой, бегом и прыжками - не с ортопедическими накладками или опорами, а на своих ногах, как все. Некоторые же не смогут ходить. Некоторые дети, которые были неспособны издавать звуки, заговорят - не с помощью пальцев, указывая и изображая пантомимы, а губами и ртом, как все. Некоторые из тех, кто постоянно корчился и не мог остановиться, наконец, перестанут делать это. Некоторые дети, которые были парализованы, немы, слепы и глухи, станут полностью здоровыми и пойдут в ту же самую школу и класс, что и их нормальные сверстники. Короче говоря, они станут "нормальными".

Другие придут к ходьбе, речи и танцам, и, возможно, к показателям интеллекта IQ в области гениальности.

Следовательно, результаты меняются от полного успеха до полной неудачи.

Неудивительно, что дети иногда терпят неудачу в этом мире, где большинству специалистов преподавалось еще в школе, что больной мозг не поддается лечению. С другой стороны, их удивляет, когда кто-нибудь выздоравливает. Многим это кажется чудом.

И кто же тогда творит эти чудеса, если вообще можно говорить о чудесах в XXI веке? Это делают они, родители, причем в домашних условиях. Родители - те, кого обычно игнорируют, иногда презирают, которыми часто руководят и которым почти никогда не верят - сами выполнят дома все лечение, которое приведет ребенка от отчаяния к надежде, от паралича к ходьбе, от слепоты к чтению, от показателя интеллекта, равного 70, к показателю, равному 140, от немоты к речи. Родители.

В некоторых случаях доктор будет активно участвовать в домашнем лечении. Сотни врачей приезжали и наблюдали работу в институтах - и затем записывали на прием их собственных детей с повреждениями мозга. Однако, более 20000 родителей, не имея никакого медицинского образования, привозили нам своих больных детей и затем возвращались домой, чтобы выполнять предписанное лечение.

Как же родителям удается сотворить это со своими детьми?

Возможно, чтобы понять этот процесс, лучше начать с начала, которое имело место более полвека назад. Вот с чего мы начнем наши лекции для родителей о детях с повреждениями мозга. Если кто-нибудь действительно хочет разобраться в теме, посвященной детям с повреждениями мозга, наверно, ни с чего другого начать и нельзя...